Телефоны редакции: 4-30-13; 3-81-28 (код города 49351)

A A A

Мать у них была немкой. Звали ее фрау Эльза. Работала гувернанткой у местного помещика. Барин выписал её из Германии для своего сына. Но свершилась революция, помещик в ужасе бежал из усадьбы, а немецкая воспитательница осталась не у дел.
Эльза вышла замуж за простого русского парня Семёна. У них родились две девочки: Мария и Матрёна. Жители деревни не любили эту семью, всё подговаривали Сеньку, чтобы бросил «своих немок». Семён оказался слабохарактерным, начал пить, а вскоре, и вправду, оставил семью. Фрау Эльза (а в деревне её называли Лиза) осталась с детьми одна.
Работала в школе учительницей немецкого, приняла православную веру. Ходила с дочками в соседнее село в храм. Домишко, где ютилась семья, с трёх сторон окружало непроходимое болото, которое местные называли «колдовским». Лесное урочище пользовалось у людей дурной славой.
Девчата выросли настоящими красавицами. Деревенские парни заглядывались на них, да только женились на других. Видимо, боясь опасного родства. В то самое время в Европе, как раковая опухоль, разрастался фашизм. Вскоре беда пришла и на нашу землю. Фашистские полчища маршировали по нашей Родине, сметая всё на своём пути.
Маша и Мотя стали связными в партизанском отряде и по заданию командира работали официантками в офицерской столовой. Мотя, в совершенстве знавшая немецкий язык, услышала, как один пьяный немец хвастался другому: «Скоро русским придет капут. Генерал через два дня пришлёт зондеркоманду». Фашисты решили устроить на отряд облаву, а жителей деревень, помогающих партизанам, уничтожить.
Надо было срочно сообщить в отряд о карательной операции и уговорить жителей ночью покинуть деревню. Это было самым трудным. Люди «немкам» не доверяли. И уходить надо было не просто в лес, а именно в то проклятое гнилое болото, где девчата знали все тропинки. Каратели в болото не полезут.
При получении донесения от связной Марии командир отряда отправил радиограмму командиру большого партизанского соединения, находящегося в тридцати километрах с просьбой о помощи. А Маша и Мотя провожали партизан и мирных жителей через топкое болото. Люди были спасены, а вот самим девчатам спастись не удалось — погибли в перестрелке.
После того, как немцев отбросили на запад, жители деревни на могилке Маши и Моти на свои деньги поставили достойный мраморный памятник. Вроде как попросили прощения за свою жестокую ненависть и недоверие.
И только пьяница-отец остался недоволен. Кляузничал в НКВД на односельчан за то, что похоронили в деревне двух немок. Донос остался без ответа.